Антикризисная юридическая помощь в период пандемии коронавируса
Решение любых проблем правового характера

Лучшие юристы
в Санкт-Петербурге
Защита чести и достоинства

Дело № 2-5654/2019         9 декабря 2019 года

Р Е Ш Е Н И Е

ИМЕНЕМ РОССИЙСКОЙ ФЕДЕРАЦИИ

    Красносельский районный суд Санкт-Петербурга в составе:

    председательствующего судьи     Уланова А.Н.,

    с участием прокурора            Балашова В.В.,

    при секретаре                 Кононенко А.В.,

рассмотрев в открытом судебном заседании гражданское дело по иску Романовой Елены Вадимовны к Бойко Дмитрию Сергеевичу о защите чести, достоинства и деловой репутации, компенсации морального вреда,

                                                                                     У С Т А Н О В И Л:

            Истец обратился в Красносельский районный суд Санкт-Петербурга с указанным иском, в котором просит суд признать не соответствующими действительности и порочащими честь и достоинство истца распространённые ответчиком об истце сведения:

— размещённые на сайте Интернет по адресу http://<адрес>, начинающиеся словами «Магазин закрыт потому, что…», также со слов «Как Лена Романова…»;

— в публичных высказываниях, 6 марта 2019 года, 11 апреля 2019 года, 17 июня 2019 года, 3 июля 2019 года, 15 июля 2019 года в количестве 7 фраз приведённых в первом пункте просительно части иска (далее по тексту решения приводится только указание на порядковый номер высказывания как они приведены в просительной части иска).

             Просит возложить на ответчика обязанность направить в адрес истца письменное обращение в котором опровергнуть все оспариваемые публичные высказывания в течение одной недели с момента вступления решения суда в законную силу; также в тот же срок разместить на интернет сайте опровержение оспариваемой информации на нём ранее размещённой.

           Кроме этого просит суд взыскать компенсацию морального вреда в размере 200 000 рублей, расходы по оплате государственной пошлины в размере 900 рублей.

           Требования основывает на том, что как стало истцу ответчик на указанном сайте в сети Интернет разместил информацию, недостоверного содержания, порочащую честь и достоинство истца.

            Кроме этого, ссылается истец, что ответчик 6 марта 2019 года по месту работы матери истца допустил распространение недостоверной информации, порочащей честь и достоинство истца, а именно высказывания 3 и 4 просительной части иска.

           11 апреля 2019 года ответчик, по утверждениям истца, находясь в своём личном транспортном средстве в общественном месте (на улице) допустил высказывания №4.

           17 июня 2019 года, по утверждениям истца, ответчик, находясь в парке, в присутствии матери истца ответчик допустил высказывания №3, №4.

            3 июля 2019 года около 20 часов 30 минут, по утверждениям истца, ответчик по месту жительства истца, допустил высказывания №1, №5, №6. Кроме этого в результате конфликта ответчик выбил телефон из рук истца, действия ответчика привели к падению истца на землю и получению травм. В тот же день в 00 часов 30 минут ответчик повторно допустил высказывания в адрес истца №3.

             15 июля 2019 года истцом обнаружены сообщения, оскорбительного характера на сайте http://<адрес>.

             Указывает истец также на то, что 17 июля 2019 года ответчик направил на её электронную почту письмо, в котором допустил оскорбительные высказывания, приведённые под номерами №1, №2, №6.

             Поскольку во внесудебном порядке истец не смог восстановить свои права, она обратилась в суд с настоящим иском.

             Представитель истца Тарасова Л. явилась в судебное заседание, настаивала на требованиях.

              Ответчик, его представители адвокаты Павлова А.Д., Лунева Н.Н. явились в судебное заседание, возражали против требований иска.

            Прокурор в своём заключении находил требования иска обоснованными в части.

          Выслушав явившихся в заседание лиц, изучив материалы настоящего гражданского дела, заслушав показания свидетелей, исследовав материалы проверки №3352ж/2019, исследовав видеозаписи, оценив представленные доказательства по правилам статьи 67 ГПК РФ, суд приходит к следующим выводам.

          Судом установлено, на сайте в сети Интернет по адресу http://<адрес> размещены два сообщения, которые заявлены в исковом заявлении начинающиеся словами «Магазин закрыт потому, что…», также со слов «Как Лена Романова…».

          При этом согласно протоколу осмотра письменных доказательств от 8 августа 2019 года (л.д.12-22), также тексту электронного письма, заверенного Красносельским местным отделением Коммунистической партии Российской Федерации (л.д.90) усматривается, что именно ответчик имеет доступ к корректировке информации на указанном сайте, более того оспариваемые высказывания исправлены им.

          Кроме этого из текста названного электронного письма от 17 июля 2019 года, авторство которого ответчик не отрицал, усматриваются высказывания, приведённые под номерами №1, №2, №6.

          Представленные ответчиком доказательства того, что истец внесена администратором сайта, могла получить доступ к управлению над ним, не свидетельствуют о фактическом получении пароля и логина для входа на сайт в качестве его администратора. Более того, ранее приведенное электронное письме свидетельствует о том, что информация размещена и корректировалась именно ответчиком, по этой причине гипотетическая возможность истца получить доступ на сайт значения не имеет.

          Размещение названной информации на сайте подтвердил свидетель Т И.В., которой в судебном заседании представлены для осмотра листы дела 15, 16 свидетель утверждал, что именно данную информацию видел лично на сайте.

          Утверждения истца о распространении ответчиком сведений, порочащих честь и достоинство Романовой Е.В., оскорбляющих её, совершённых 6 марта 2019 года по месту работы матери истца находят своё подтверждение в материалах дела.

         Так допрошенные судом свидетели Р М.В. показала, что в указанную дату ответчик посетил её рабочее место, на весь магазин стал выкрикивать высказывания №3 и №4.

         Свидетель К Т.В. в полной мере подтвердила названые показания.

         Показания свидетеля М Г.Г., статья в газете «Вести Сосновой поляны» не опровергают показания свидетеля Р М.В., которая не указывала точное время, ссылалась на примерное значение. При этом суд принимает во внимание, что и место работы Р М.В. и место проведение отчётного собрания МО «Сосновая поляна» расположены в границах одного района, при этом время проезда между ними не превышает 30 минут. Сведения о времени между двумя данными расстояниями взято судом из открытых источников информации, сторонами в ходе рассмотрения спора иные сведения не представлены.

         Таким образом, показания названных свидетелей не противоречивы, поскольку начало мероприятия 17-00, а свидетель впервые увидел ответчика на мероприятии за пол часа до его начала, что соотноситься с пояснениями Романовой М.В.

         Нанесение оскорблений и распространение недостоверной информации 11 апреля 2019 года, а именно высказывания №4, №7, находят своё объективное подтверждение, поскольку зафиксированы на видеозаписи, представленной истцом.

         Из материалов дела следует, что 17 июня 2019 года, ответчик, находясь в парке, в присутствии матери истца, неопределённых третьих лиц (прохожих) допустил высказывания №3, №4. Это с достоверностью следует из представленных трёх видеозаписей, показаний свидетеля Р М.В.

         Доводы ответчика о том, что видеозапись не позволяет установить время и место её совершения суд отклоняет, поскольку исходит из принципа добросовестности сторон (статья 10 ГК Российской Федерации), равно из того, что место и примерное время съёмки следуют из контекста видеозаписи, равно как и круг участников беседы усматривается с достаточной степенью очевидности.

         При этом суд принимает во внимание, что ответчик не представил суду иного видения данной записи, не предложил иного времени и места её совершения, при этом существенное значение имеют именно те выражения, которые ответчик допустил в адрес истца.

         Обстоятельства 3 июля 2019 года, в части распространения порочащих честь и достоинство истца сведений находят своё подтверждение.

         Так на данные обстоятельства указывала Ф.И.О. чьи показания в полной мере отражены на аудиопротоколе судебного заседания от 2 декабря 2019 года (до объявления судом перерыва).

         События первой половины 3 июля 2019 года высказывания №1, №5, №6 подтверждаются названными свидетелями, кроме этого показаниями Бойко С.П., который также указывал, что его сын (ответчик по делу) и истец сорились на улице, он вышел и впустил истца в парадную.

         Таким образом, суд оценивает показания свидетеля Г Н.О., которая не опровергает событие первой половины 3 июля 2019 года.

         Поскольку обстоятельства ночи 3 июля 2019 года показаниями Г Н.О. опровергаются, суд полагает недоказанным факт распространения порочащих истца сведений в указанный период, что существенного влияния на решение суда, по совокупности заявленных фактов, не оказывает.

         Показания свидетеля Р В.Ю., как не имеющие значения для дела, судом отклоняются в качестве доказательства, поскольку не содержат каких-либо существенных сведений, которые могут быть соотнесены с предметом настоящего дела.

         Оценивая данные обстоятельства с точки зрения права, суд принимает во внимание следующее.

         Согласно пункту 7 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 24 февраля 2005 года №3 «О судебной практике по делам о защите чести и достоинства граждан, а также деловой репутации граждан и юридических лиц» по делам данной категории необходимо иметь в виду, что обстоятельствами, имеющими в силу статьи 152 Гражданского кодекса Российской Федерации значение для дела, которые должны быть определены судьей при принятии искового заявления и подготовке дела к судебному разбирательству, а также в ходе судебного разбирательства, являются: факт распространения ответчиком сведений об истце, порочащий характер этих сведений и несоответствие их действительности.

         При отсутствии хотя бы одного из указанных обстоятельств иск не может быть удовлетворен судом.

         Под распространением сведений, порочащих честь и достоинство граждан или деловую репутацию граждан и юридических лиц, следует понимать опубликование таких сведений в печати, трансляцию по радио и телевидению, демонстрацию в кинохроникальных программах и других средствах массовой информации, распространение в сети Интернет, а также с использованием иных средств телекоммуникационной связи, изложение в служебных характеристиках, публичных выступлениях, заявлениях, адресованных должностным лицам, или сообщение в той или иной, в том числе устной, форме хотя бы одному лицу.

         Сообщение таких сведений лицу, которого они касаются, не может признаваться их распространением, если лицом, сообщившим данные сведения, были приняты достаточные меры конфиденциальности, с тем, чтобы они не стали известными третьим лицам.

         Судам следует иметь в виду, что в случае, если не соответствующие действительности порочащие сведения были размещены в сети Интернет на информационном ресурсе, зарегистрированном в установленном законом порядке в качестве средства массовой информации, при рассмотрении иска о защите чести, достоинства и деловой репутации необходимо руководствоваться нормами, относящимися к средствам массовой информации.

         Не соответствующими действительности сведениями являются утверждения о фактах или событиях, которые не имели места в реальности во время, к которому относятся оспариваемые сведения. Не могут рассматриваться как не соответствующие действительности сведения, содержащиеся в судебных решениях и приговорах, постановлениях органов предварительного следствия и других процессуальных или иных официальных документах, для обжалования и оспаривания которых предусмотрен иной установленный законами судебный порядок (например, не могут быть опровергнуты в порядке статьи 152 Гражданского кодекса Российской Федерации сведения, изложенные в приказе об увольнении, поскольку такой приказ может быть оспорен только в порядке, предусмотренном Трудовым кодексом Российской Федерации).

         Порочащими, в частности, являются сведения, содержащие утверждения о нарушении гражданином или юридическим лицом действующего законодательства, совершении нечестного поступка, неправильном, неэтичном поведении в личной, общественной или политической жизни, недобросовестности при осуществлении производственно-хозяйственной и предпринимательской деятельности, нарушении деловой этики или обычаев делового оборота, которые умаляют честь и достоинство гражданина или деловую репутацию гражданина либо юридического лица.

         Пунктом 8 названного Постановления указано, что судам необходимо отграничивать дела о защите чести, достоинства и деловой репутации (статья 152 Гражданского кодекса Российской Федерации) от дел о защите других нематериальных благ, перечисленных в статье 150 этого Кодекса, нарушенных в связи с распространением о гражданине сведений, неприкосновенность которых специально охраняется Конституцией Российской Федерации и законами, и распространение которых может причинить моральный вред даже в случае, когда эти сведения соответствуют действительности и не порочат честь, достоинство и деловую репутацию истца.

         В частности, при разрешении споров, возникших в связи с распространением информации о частной жизни гражданина, необходимо учитывать, что в случае, когда имело место распространение без согласия истца или его законных представителей соответствующих действительности сведений о его частной жизни, на ответчика может быть возложена обязанность компенсировать моральный вред, причиненный распространением такой информации (статьи 150, 151 Гражданского кодекса Российской Федерации). Исключение составляют случаи, когда средством массовой информации была распространена информация о частной жизни истца в целях защиты общественных интересов на основании пункта 5 статьи 49 Закона Российской Федерации «О средствах массовой информации». Эта норма корреспондируется со статьей 8 Конвенции о защите прав человека и основных свобод.

         Если же имело место распространение не соответствующих действительности порочащих сведений о частной жизни истца, то ответчик может быть обязан опровергнуть эти сведения и компенсировать моральный вред, причиненный распространением такой информации, на основании статьи 152 Гражданского кодекса Российской Федерации.

         Суд приходит к выводу, что сведений, размещённые на сайте в сети Интернет подлежат признанию недостоверными, порочащими честь и достоинство истца.

         При этом поскольку сам интернет ресурс прекратил свою работу, то суд полагает возможным использовать предложенный истцом способ опровержения – посредством направления сообщения в адрес самого исцта.

         Распространённые 6 марта 2019 года, 11 апреля 2019 года, 17 июня 2019 года, 3 июля 2019 года сведения, изложенные в пунктах 1-7 подлежат признанию недостоверными, порочащими честь и достоинство истца.

         На ответчика суд полагает возложить обязанность направить в адрес истца личное письмо с опровержением данных сведений, в семидневный срок со дня вступления решения суда в законную силу.

         В отношении личного сообщения от 15 июля 2019 года, также электронного письма от 17 июля 2019 года, суд принимает во внимание, что согласно положению статьи 5.61 КоАП Российской Федерации оскорбление, то есть унижение чести и достоинства другого лица, выраженное в неприличной форме, запрещено, отнесено к административным правонарушениям.

         Из материалов дела следует, что 15 июля и 17 июля 2019 года ответчик допустил именно оскорбление истца, которое не сопряжено с распространением порочащих сведений.

         По указанной причине суд полагает возможным принять данное обстоятельство во внимание при определении компенсации морального вреда, без признания сведений недостоверными и возложения обязанности их опровергнуть.

         Определяя размер компенсации морального вреда, суд принимает во внимание, что имеет место 4 факта распространения порочащей недостоверной информации, 2 факта оскорбления истца.

         Кроме этого установлен факт распространения в отношении истца порочащих недостоверных сведений в сети Интернет.

         Определяя размер компенсации, суд полагает принять во внимание положение статьи 14 Конвенция о защите прав человека и основных свобод, согласно которой пользование правами и свободами, признанными в настоящей Конвенции, должно быть обеспечено без какой бы то ни было дискриминации по признаку пола, расы, цвета кожи, языка, религии, политических или иных убеждений, национального или социального происхождения, принадлежности к национальным меньшинствам, имущественного положения, рождения или по любым иным признакам.

         Принимает во внимание суд и то, что в момент допущенного оскорбления, нарушения права истца на репутацию — это право, которое защищено статьёй 8 Конвенции как часть права на уважение личной жизни (Постановление ЕСПЧ 25 апреля 2017 года по жалобе 39748/05), ответчик принимал участие в избирательной компании в Муниципальный Совет одного из муниципальных округов Санкт-Петербурга, по результатам избирательной компании занял место депутата.

         При этом, ответчик, как приверженец КПРФ, от которой избрался в Муниципальный совет, должен выполнять требования Устава названной политической партии, пункт 2.4. которого требует пот членов партии последовательно защищать граждан от любых проявлений социального, национального, духовного и расового унижения.

         Иными словами, встав на путь публичной деятельности от конкретной политической партии ответчик принял на себя повышенные критерии и требования в своей деятельности, в том числе, в вопросах личного взаимодействия с элементом публичного проявления.

         Суд приходит к выводу, что в рамках настоящего дела оскорбления, распространение порочащей информации сопряжено с унижением чести и достоинства истца, основаны данные факты на гендерной принадлежности, иными словами ответчик не просто оскорблял и унижал истца, но совершал эти действия по мотиву гендерной принадлежности.

         Подобное поведение суд полагает значимым, недопустимым, поскольку ответчик, совершая данные действия, допускал преследование истца, своё физическое превосходство, что видно на нескольких записях, где ответчик отказывается прекратить своё поведение, целенаправленно следует за истцом, препятствует истцу в проходе и покидании места нахождения.

         Сами оскорбления подобраны ответчиком таким образом, чтобы унизить и задеть честь истца именно в контексте половой принадлежности.

         Данное поведение, которое носит со стороны ответчика системный характер, формирует преследовательские тенденции и выявляет негативное стремление в отношении истца, позволяют суду установить разумным компенсацию морального вреда в размер по 20 000 рублей за каждый факт, установленный в суде.

         Таким образом, поскольку допущено 4 факта распространения порочащей и недостоверной информации, 2 факта личного оскорбления, 1 факт распространения информации в интернете, то взысканию подлежат 140 000 рублей ((4+2+1)*20000)).

         Суд также принимает во внимание утверждения истца о том, что ответчиком причинены физические страдания истцу.

         Так из показаний свидетелей Р М.В., П Е.В., следует, что в результате конфликта 3 июля 2019 года истцом получены травмы, вызванные падение в результате ссоры с ответчиком. Свидетели указывали на то, что видели данные травмы.

         Наличие повреждений засвидетельствовано также справкой от 15 июля 2019 года.

         Пунктом 11 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 26 января 2010 года №1 «О применении судами гражданского законодательства, регулирующего отношения по обязательствам вследствие причинения вреда жизни или здоровью гражданина» разъяснено, что установленная статьей 1064 Гражданского кодекса Российской Федерации презумпция вины причинителя вреда предполагает, что доказательства отсутствия его вины должен представить сам ответчик. Потерпевший представляет доказательства, подтверждающие факт причинения ущерба, размер причиненного вреда, а также доказательства того, что ответчик является причинителем вреда или лицом, в силу закона обязанным возместить вред.

         Деликтная ответственность за причинение ущерба наступает при наличии ряда условий: подтверждения со стороны лица, требующего возмещения убытков, наличия состава правонарушения, наступления вреда и размера этого вреда, противоправности поведения причинителя вреда, причинно-следственной связи между противоправным поведением причинителя вреда и наступившими неблагоприятными последствиями.

         Отсутствие какого-либо одного из указанных элементов исключает возможность привлечения лица к деликтной ответственности.

         Таким образом, суд приходит к выводу о том, что бремя доказывания наличия факта причинения и размер причиненного вреда, возложены на истца, а на ответчике лежит обязанность предоставить доказательства, подтверждающие отсутствие его вины в причинении ущерба.

         При изложенных выше обстоятельствах суд полагает, что стороной ответчика не представлено доказательств, которые в своей совокупности исключали бы вину причинении вреда здоровью истца 3 июля 2019 года.

         В соответствии со статьёй 151 Гражданского кодекса Российской Федерации, если гражданину причинен моральный вред (физические или нравственные страдания) действиями, нарушающими его личные неимущественные права либо посягающими на принадлежащие гражданину другие нематериальные блага, а также в других случаях, предусмотренных законом, суд может возложить на нарушителя обязанность денежной компенсации указанного вреда.

         При определении размеров компенсации морального вреда суд принимает во внимание степень вины нарушителя и иные заслуживающие внимания обстоятельства. Суд должен также учитывать степень физических и нравственных страданий, связанных с индивидуальными особенностями лица, которому причинен вред.

         В соответствии с пунктом 2 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 20 декабря 1994 года №10 «Некоторые вопросы применения законодательства о компенсации морального вреда» моральный вред, в частности, может заключаться в нравственных переживаниях в связи с утратой родственников, невозможностью продолжать активную общественную жизнь, потерей работы, раскрытием семейной, врачебной тайны, распространением не соответствующих действительности сведений, порочащих честь, достоинство или деловую репутацию гражданина, временным ограничением или лишением каких-либо прав, физической болью, связанной с причиненным увечьем, иным повреждением здоровья либо в связи с заболеванием, перенесенным в результате нравственных страданий и др.

         При определении размера компенсации, суд принимает во внимание, что здоровью истца, в результате действий ответчика причинён несущественный вред здоровью (кровоподтёки); вместе с тем, из медицинской документации не следует, что сформировались стойкие негативные проявления травмы.

         Оценив представленные в материалы дела доказательства по правилам статьи 67 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, с учётом всех поименованных ранее разнонаправленных факторов, руководствуясь приведенными нормами закона, в их нормативно-правовом единстве и системном толковании применительно к данному спору, суд приходит к выводу о наличии оснований для удовлетворения требований истца в части компенсации морального вреда за вред здоровью в сумме 10 000 рублей.

         Из положений части 1 статьи 98 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации следует, что стороне, в пользу которой состоялось решение суда, суд присуждает возместить с другой стороны все понесенные по делу судебные расходы, за исключением случаев, предусмотренных частью второй статьи 96 настоящего Кодекса. В случае, если иск удовлетворен частично, указанные в настоящей статье судебные расходы присуждаются истцу пропорционально размеру удовлетворенных судом исковых требований, а ответчику пропорционально той части исковых требований, в которой истцу отказано.

         Поскольку требования иска удовлетворены, суд полагает возможным взыскать с ответчика расходы истца по оплате государственной пошлины в размере 900 рублей.

         На основании изложенного, руководствуясь статьями 12, 56, 67, 98, 100, 167, 194-199 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, суд

                                                                                                РЕШИЛ:

         Признать не соответствующим действительности, порочащим честь и достоинство Романовой Елены Вадимовны, текст размещённый на сайте в сети «Интернет» по адресу http://<адрес>, начинающийся словами «Магазин закрыт потому, что…», также словами «Как Лена Романова…».

         Признать не соответствующими действительности, порочащими честь и достоинство Романовой Елены Вадимовны, высказывания Бойко Дмитрия Сергеевича, допущенные: 6 марта 2019 года, 11 апреля 2019 года, 17 июня 2019 года, 3 июля 2019 года, изложенные по порядку (все семь заявленных высказываний) в пункте 1 просительной части иска.

         Возложить на Бойко Дмитрия Сергеевича обязанность, в срок не превышающий 7 дней со дня вступления решения суда в законную силу, направить в адрес Романовой Елены Вадимовны письменное обращение, в котором опровергнуть приведённые высказывания, информацию размещённую на сайте.

         Взыскать с Бойко Дмитрия Сергеевича в пользу Романовой Елены Вадимовны компенсацию морального вреда за распространение не соответствующих действительности, порочащих честь и достоинство сведений, оскорбление в размере – 140 000 рублей, также взыскать компенсацию морального вреда за причинение вреда здоровью в размере 10 000 рублей, взыскать расходы по государственной пошлине в размере 900 рублей.

         В удовлетворении остальной части иска отказать.

         Решение может быть обжаловано в Санкт-Петербургский городской суд в течение месяца со дня принятия решения в окончательной форме путем подачи апелляционной жалобы через Красносельский районный суд Санкт-Петербурга.

         Судья:

Решение суда в окончательной форме принято 9 декабря 2019 года.

Вам нужна помощь и грамотная юридическая консультация?

Форма

<p>


</p>

×